Шым из «Касты» о переезде в Португалию, силе слова и необходимости «сохранить себя»

Шым (Михаил Епифанов) – участник группы «Каста», которую мы сначала полюбили за дух свободы и бесшабашность, а затем – за общественную позицию. После антивоенных высказываний концерты группы были практически запрещены в России, а музыканты были вынуждены покинуть страну. Сегодня «Касту» раскидало по разным странам, но музыканты продолжают писать новые песни и давать концерты в разных городах мира. ‍

Мы поговорили с Шымом о его иммиграции в Португалию, силе слова и музыки, необходимости «сохранить себя» и почему новый язык «лучше учить через поэзию».

— В одном из своих постов в инстаграме вы написали «За этот год мы многое сделали как группа, но я многое потерял как простой человек. В том числе чувство дома». А что такое вообще «чувство дома»? Почему оно нам так необходимо?

Думаю, чувство дома – важный психологический минимум, который необходим человеку для нормальной жизни. Тот пост я писал в далеком 2019-м году, на фоне развода и плотного гастрольного графика. Потом был ковид, когда мы почти два года сидели без концертов, а потом – война. Наши концерты запретили, вся группа выехала из России, каждый заново решал вопрос с «чувством дома». Но все это такие мелочи по сравнению с тем, что ощутили на себе граждане Украины, чьи города и дома были разрушены этой несправедливой и преступной войной.

— После начала войны вы поняли, что «моя работа в качестве артиста, как минимум, приостановлена. Выбор был такой: оставаться в России и молчать…  или уехать и сохранить возможность говорить». Вы выбрали второе. Как проходил этот выбор? 

Да, я думаю перед таким выбором оказались все публичные люди в России, из тех, кто не согласился встать на сторону зла. Я выбрал отъезд просто потому, что возможность называть вещи своими именами – моя органическая потребность. Я пошел в школу в первый год перестройки, а уехал из России в начале марта 2022. Я – свидетель того, как свобода слова возникла в России и как эту свободу искоренили.

— Не удерживало ли от отъезда решение другие членов группы оставаться – когда казалось, что это еще возможно?

Так получилось, что я был более-менее готов к такому варианту развития событий, хоть до конца и не верилось что Путин пойдёт на полномасштабную захватническую войну. Соответственно наша открытая антивоенная позиция привела к фактическому запрету деятельности. Парням пришлось в ускоренном темпе адаптироваться к новой реальности. И тогда всем стало очевидно что единственный вариант для нас продолжать работу, то есть выходить на сцену, – это уехать.

— «Каста» сегодня разбросана по разных городам и странам, все были вынуждены уехать из России. Как часто созваниваетесь с остальными членами группы – создается ли сейчас что-то новое или в текущей ситуации не пишется?

Мы регулярно встречаемся на концертах в Европе или Азии. За годы ковида мы научились писать дистанционно. Мы пишем новые песни. В них, конечно же, отразится та катастрофа, что развернулась на наших глазах. Работать стало сложней. Многие слова потеряли привычный смысл, многие темы кажутся теперь бессмысленными или неуместными.

— Сейчас у вас проходит серия концертов в Европе и США. Что сейчас чувствуете, когда выходите перед аудиторией? Насколько для вас ценна возможность продолжать выходить на сцену и видеть своего слушателя в зале?

Недавно мы подсчитали, что за более чем 20-летнюю историю группы мы дали более тысячи концертов. Это то, что мы любим и умеем делать хорошо. Из нового – сейчас, выходя на сцену, я чувствую потребность высказать негативное отношение к войне и путинизму  как причине этой войны. С этим проблем не возникает. Аудитория наших концертов – это русскоязычные люди. Среди них много уехавших из России в знак несогласия, жители Украины оказавшиеся в вынужденной эмиграции, и русскоязычные граждане других стран, ставшие свидетелями катастрофы.

— Недавно вы выпустили альбом песен для детей. Сначала к идее отнеслись по приколу, а затем были серьезные дебаты и споры про то, что уместно в детских песнях, а что нет. Как воспитать поколение, которому в голову не пришло бы начать войну? Что мы должны «исправить» в человеке? Или вложить в человека? Это вообще реально?

Каждый из нас отец, но у каждого есть свой взгляд на вопрос допустимости песни, например, о «могиле крокодила» (агрессивного негодяя) или является ли кефир лакомством. Пока писали этот альбом было много забавных споров внутри группы. 

Что же касается исправления человека – я думаю, что песни не заменят человеческих свобод. Путинизм без малого 20 лет целенаправленно оболванивал россиян. Вся эта милитаризация, культ смерти, пестуемое чувство что россиян обидели – это именно то, чего делать не следует. Я надеюсь, что эта грустная повесть станет последним в истории человечества эпизодом войны. Из этого необходимо сделать выводы, чтобы никогда не повторить.

— На одной из ваших фотографий, где снят след от Берлинской стены, есть подпись «Мостовую починить несложно. Судьбы невозможно». У многих, кто сегодня уехал из России или Беларуси были связаны большие планы со своими странами – многие хотели оставаться в стране и что-то реально менять в ней. Теперь они чувствуют себя потерянными и бессильными. Как им себя «починить»?

Думаю, что сейчас единственное, что могут делать эти люди, – вкладываться в развитие себя и своего дела. После падения диктатур в России и Беларуси на родину вернутся многие сильные, активные люди. Пусть же сейчас они сохраняют и преумножают свои умения и навыки. Эти люди очень понадобятся для будущего своих стран. 

— Что самое сложное в иммиграции лично для вас?

В первую очередь это ощущение холода в животе от этой несправедливой войны. Ей богу, я весь прошлый год тряс головой, пытаясь отряхнуться от этого кошмарного сюра. «Как это б#%дь возможно»? А если войну оставить за скобками, то самое сложное для меня – это огромное количество «бумажной» возни. Все эти апостили, справки, свидетельства. Надоело до жути. 

— Что позволяет с этими сложностями справляться? 

Представь себе, это ChatGPT 4.0 – мой надежный помощник. Избавляет от необходимости тратить уйму времени на анализ юридической информации, отлично формулирует письма на любом языке.  

— В иммиграции люди часто пересобирают себя заново, меняют свои взгляды на многие вещи. Для вас переезд в Португалию что-то изменил во взгляде на жизнь? Может, больше стали ценить дружеские связи. Может, переняли какие-то привычки или отношение к жизни у португальцев?

Мне очень нравится чувство собственного достоинства вкупе с интроверсией, которые я наблюдаю у португальцев. Мне нравится размеренность их образа жизни. Их ненарочитая приветливость. Попробую стать немного португальцем. Ну и конечно же, нравится здешняя кухня. Простая, вкусная, морская.

— Что бы вы могли посоветовать тому человеку, который переехал и начинает новую жизнь в новой для себя стране?

Учите язык через поэзию. Таким образом вы не только запомните новые слова, но и расслышите «музыку» нового языка. 

_{Фото концерта: Официальный сайт группы «Каста» (Виталий Кривцов, Юлия Рванцева)}